Калистратова (Селивёрстова) Тамара Николаевна
Родилась 29 апреля 1934 г.
Место рождения: г. Ленинград.
Место проживания: г. Ханты-Мансийск.
Блокадник Ленинграда.
Член добровольного городского общества «Житли блокадного Ленинграда», инициатор создания в Парке Победы г. Ханты-Мансийска Памятника «Жителям блокадного Ленинграда». Родилась 29 апреля 1934 года в городе Ленинграде в многодетной семье.
В 7-летнем возрасте пережила блокаду Ленинграда, во время которой потеряла родителей, брата и сестру. В 1942 году вместе в выжившей сестрой Лидой, они, как воспитанники Детского доме были эвакуированы в село Верхнефилатово Тобольского района Омской области.
После Великой Отечественной войны, с 1950-ого года жила в Эстонии, затем в Казахстане. В 1995 году переехала семьей в город Ханты-Мансийск.
«ПЕРВАЯ ЗИМА В ОСАЖДЁННОМ ЛЕНИНГРАДЕ ВЫДАЛАСЬ
САМОЙ ХОЛОДНОЙ…»
– Тамара Николаевна, расскажите, пожалуйста, о своей семье. Чем занимались Ваши родители, как Вы жили в Ленинграде до войны?
– Родилась я 29 апреля 1934 года в городе Ленинграде в многодетной семье Селивёрстовых. До Великой Отечественной войны наша семья жила в двухкомнатной квартире № 1 по улице Расстанная, дом 24 (третий дом от Волковского кладбища). Этот дом до сих пор стоит, с тем же адресом.
Жили мы в семье дружно. Папа служил в милиции. Мама работала прачкой. Они воспитывали четверых детей: моя старшая сестра Татьяна, 1923 года рождения, брат Александр, 1925 года рождения, сестра Лида, 1927 года рождения, и я. Татьяна училась в ремесленном училище. Брат Александр и сестра Лида ходили в школу. Брат увлекался вырезанием разных игрушек из дерева, помню он вырезал голубя из дерева и подарил мне на День рождения. А папа в свободное время увлекался охотой.
– Сколько Вам было лет, когда началась блокада?
– Когда началась блокада мне было 7 лет, но я хорошо помню те страшные годы. Помню, как высоко в небе над Ленинградом кружились вражеские самолёты. О том, что это были немецкие самолёты, нам говорили взрослые. Чтобы мы, завидев их в небе, тут же прятались.
Во время бомбёжек и артобстрелов нас отправляли в бомбоубежище. Когда по радио раздавались сигналы воздушной тревоги, мы бежали в бомбоубежище.
Однажды во двор дома, где мы жили упала горящая фугасная бомба. Мы сначала не знали, как её тушить – мы тогда еще не знали, как с этими бомбами обращаться. И когда эта бомба прилетела, то кто-то плеснул на неё водой. От воды она разорвалась. Сестре Лиде в ногу шесть осколков прилетело. Оказалось, что такие зажигательные бомбы надо засыпать песком.
Наша старшая сестра Татьяна каждый день работала на оборонительных сооружениях, копала окопы, добиралась до дома едва живая от усталости и истощения. Потом у неё началась цинга. Я ходила в ведомственную столовую, где работал папа, за отцовским пайком и кормила её. Один раз она пришла с работы и больше не встала, умерла. Её похоронили в общей могиле, как тогда всех хоронили. Затем умерла мама, после неё умер брат Александр.
Папа, конечно, почти не ел, всё нам отдавал. Он вообще после смерти мамы и брата отчаялся. Вскоре папа тоже занемог – двухстороннее воспаление лёгких и дизентерия. Умер в больнице. Отца, маму, старшую сестру Татьяну и брата похоронили на Волковском кладбище.
Когда мы остались одни, меня отправили в Детский дом города Ленинграда, а сестру Лиду в ремесленное училище. В Детском доме я пробыла до августа 1942 года. Потом нас с сестрой эвакуировали.
– Что Вам больше всего запомнилось в блокадном Ленинграде?
– У нас заболел двухсторонней пневмонией отец, его положили в больницу, и когда с сестрой Лидой мы пришли к нему в больницу, то увидели страшную картину: женщина вырезала мягкие части тела у мёртвых, которые лежали на замерзшей земле. Мы спросили у неё: «Зачем Вы это делаете?», а она нам в ответ сказала: «Уходите отсюда, а то и с вами это же будет». Мы сильно испугались и помчались домой, не помня себя от страха.
Мы жили недалеко от Волковского кладбища и однажды увидели, как девочка с мальчиком везли на саночках хоронить свою маму. В это время началась бомбёжка, и их убило.
Бывало, вечером ложились спать, а утром видели под окнами лежащих или сидящих мёртвых людей. Они умирали от голода.
– Что было самым тяжёлым, трудным и страшным во время блокады Ленинграда?
– Первая зима в осаждённом Ленинграде выдалась самой холодной. Столбик термометра временами опускался до –32 градусов мороза. Лишённые электричества мы топили печку-буржуйку, в качестве топлива использовали всё, что могло гореть: мебель, книги, старые вещи.
Нам тогда сказали спешно эвакуироваться. Но я боялась, что потеряю сестру, она тоже болела, я без неё не хотела ехать в эвакуацию. И, чтобы не разлучаться с сестрой Лидой, которая находилась в госпитале, пряталась, когда набирали детей для очередной отправки. Так, я пропустила 8 эвакуаций. После возвращения сестры из больницы, в августе 1942-го нас успели эвакуировать по Ладоге в село Верхнефилатово Тобольского района Омской области. Там мы с сестрой жили в Детском доме до окончания войны.
Хотя мне в то время было не так много лет, я на всю жизнь запомнила перенесённые ужасы и потери страшного блокадного времени.
– Как Вы оказались в Ханты-Мансийском округе? Каким было ваше первое впечатление от Югры?
– До приезда в Ханты-Мансийский автономный округ я жила с мужем Виталием Логиновичем Калистратовым в Казахстане. А познакомилась я с ним в Эстонии, куда мы с сестрой Лидой в 1950-ом году переехали жить и работать.
Мой муж тоже был блокадником, детдомовским. Хорошую жизнь мы прожили с ним, по всей стране поездили, воспитали четверо детей. В 1995 году мой зять переехал с дочерью Галиной в город Ханты-Мансийск. Вот, и мы с мужем решили вернуться туда, где я когда-то войну пережила – на Север. Здесь и двое детей с внуками живут теперь. И муж мой похоронен.
* * *
У Тамары Николаевны Калистратовой (Селиверстовой) большая дружная семья. Она воспитала четверых детей, у неё тринадцать внуков, одиннадцать правнуков. Она является членом городского добровольного общества «Жители блокадного Ленинграда». По её инициативе и других членов городского общества при поддержке Правительства Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в парке Победы города Ханты-Мансийска был создан и установлен Памятник жителям блокадного Ленинграда.
Дочь Тамары Николаевны – Галина Витальевна Харитошина является победителем Цифрового литературно-художественного конкурса чтецов, который проводился АНО «ЦТЭД» в 2020 году в рамках проекта «Наша Победа – наша гордость» в честь 75-летия Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов.
Т.В. Харитошина написала воспоминания о своём отце – блокаднике – рассказ «Как он выжил». Отец Калистратов Виталий Логинович (1927 г.р.) жил в Ораниенбауме, который находился в двойном кольце блокады. Город почти три года был главным оборонительным плацдармом на подступах к Ленинграду и Кронштадту. В январе 1942 года в Ораниенбауме была проложена «малая дорога жизни», где люди умирали от голода, выживали как могли, ведь на иждивенцев в сутки давали всего 100 грамм хлеба, тогда как в Ленинграде в этот же период суточная норма была 125 грамм хлеба. Во время блокады Виталий потерял всех своих близких.
В 2023 году Галина Витальевна планирует вместе со своими детьми и внуками принять участие в Цифровом литературно-художественном конкурсе чтецов «Никто не забыт, ничто не забыто» в рамках проекта «Грани Ленинградской блокады».
Интервью вошло в Цифровой и Печатный сборник «Грани Ленинградской блокады» АНО «ЦТЭД». Цифровой сборник размещен на сайте https://cted.ru/
Место проживания: г. Ханты-Мансийск.
Блокадник Ленинграда.
Член добровольного городского общества «Житли блокадного Ленинграда», инициатор создания в Парке Победы г. Ханты-Мансийска Памятника «Жителям блокадного Ленинграда». Родилась 29 апреля 1934 года в городе Ленинграде в многодетной семье.
В 7-летнем возрасте пережила блокаду Ленинграда, во время которой потеряла родителей, брата и сестру. В 1942 году вместе в выжившей сестрой Лидой, они, как воспитанники Детского доме были эвакуированы в село Верхнефилатово Тобольского района Омской области.
После Великой Отечественной войны, с 1950-ого года жила в Эстонии, затем в Казахстане. В 1995 году переехала семьей в город Ханты-Мансийск.
«ПЕРВАЯ ЗИМА В ОСАЖДЁННОМ ЛЕНИНГРАДЕ ВЫДАЛАСЬ
САМОЙ ХОЛОДНОЙ…»
• Из беседы представителей АНО «ЦТЭД»
с Тамарой Николаевной Калистратовой.
17 февраля 2023 года представители АНО «ЦТЭД» побывали в гостях у блокадницы Ленинграда Тамары Николаевны Калистратовой (Селивёрстовой) и её дочери Галины Витальевны Харитошиной – участников проектов АНО «ЦТЭД». Они в формате интервью записали рассказ об истории семьи Тамары Николаевны, начиная с довоенного времени и включая страшное время блокады Ленинграда (8 сентября 1941 г.– 27 января 1944 г.).– Тамара Николаевна, расскажите, пожалуйста, о своей семье. Чем занимались Ваши родители, как Вы жили в Ленинграде до войны?
– Родилась я 29 апреля 1934 года в городе Ленинграде в многодетной семье Селивёрстовых. До Великой Отечественной войны наша семья жила в двухкомнатной квартире № 1 по улице Расстанная, дом 24 (третий дом от Волковского кладбища). Этот дом до сих пор стоит, с тем же адресом.
Жили мы в семье дружно. Папа служил в милиции. Мама работала прачкой. Они воспитывали четверых детей: моя старшая сестра Татьяна, 1923 года рождения, брат Александр, 1925 года рождения, сестра Лида, 1927 года рождения, и я. Татьяна училась в ремесленном училище. Брат Александр и сестра Лида ходили в школу. Брат увлекался вырезанием разных игрушек из дерева, помню он вырезал голубя из дерева и подарил мне на День рождения. А папа в свободное время увлекался охотой.
– Сколько Вам было лет, когда началась блокада?
– Когда началась блокада мне было 7 лет, но я хорошо помню те страшные годы. Помню, как высоко в небе над Ленинградом кружились вражеские самолёты. О том, что это были немецкие самолёты, нам говорили взрослые. Чтобы мы, завидев их в небе, тут же прятались.
Во время бомбёжек и артобстрелов нас отправляли в бомбоубежище. Когда по радио раздавались сигналы воздушной тревоги, мы бежали в бомбоубежище.
Однажды во двор дома, где мы жили упала горящая фугасная бомба. Мы сначала не знали, как её тушить – мы тогда еще не знали, как с этими бомбами обращаться. И когда эта бомба прилетела, то кто-то плеснул на неё водой. От воды она разорвалась. Сестре Лиде в ногу шесть осколков прилетело. Оказалось, что такие зажигательные бомбы надо засыпать песком.
Наша старшая сестра Татьяна каждый день работала на оборонительных сооружениях, копала окопы, добиралась до дома едва живая от усталости и истощения. Потом у неё началась цинга. Я ходила в ведомственную столовую, где работал папа, за отцовским пайком и кормила её. Один раз она пришла с работы и больше не встала, умерла. Её похоронили в общей могиле, как тогда всех хоронили. Затем умерла мама, после неё умер брат Александр.
Папа, конечно, почти не ел, всё нам отдавал. Он вообще после смерти мамы и брата отчаялся. Вскоре папа тоже занемог – двухстороннее воспаление лёгких и дизентерия. Умер в больнице. Отца, маму, старшую сестру Татьяну и брата похоронили на Волковском кладбище.
Когда мы остались одни, меня отправили в Детский дом города Ленинграда, а сестру Лиду в ремесленное училище. В Детском доме я пробыла до августа 1942 года. Потом нас с сестрой эвакуировали.
– Что Вам больше всего запомнилось в блокадном Ленинграде?
– У нас заболел двухсторонней пневмонией отец, его положили в больницу, и когда с сестрой Лидой мы пришли к нему в больницу, то увидели страшную картину: женщина вырезала мягкие части тела у мёртвых, которые лежали на замерзшей земле. Мы спросили у неё: «Зачем Вы это делаете?», а она нам в ответ сказала: «Уходите отсюда, а то и с вами это же будет». Мы сильно испугались и помчались домой, не помня себя от страха.
Мы жили недалеко от Волковского кладбища и однажды увидели, как девочка с мальчиком везли на саночках хоронить свою маму. В это время началась бомбёжка, и их убило.
Бывало, вечером ложились спать, а утром видели под окнами лежащих или сидящих мёртвых людей. Они умирали от голода.
– Что было самым тяжёлым, трудным и страшным во время блокады Ленинграда?
– Первая зима в осаждённом Ленинграде выдалась самой холодной. Столбик термометра временами опускался до –32 градусов мороза. Лишённые электричества мы топили печку-буржуйку, в качестве топлива использовали всё, что могло гореть: мебель, книги, старые вещи.
Нам тогда сказали спешно эвакуироваться. Но я боялась, что потеряю сестру, она тоже болела, я без неё не хотела ехать в эвакуацию. И, чтобы не разлучаться с сестрой Лидой, которая находилась в госпитале, пряталась, когда набирали детей для очередной отправки. Так, я пропустила 8 эвакуаций. После возвращения сестры из больницы, в августе 1942-го нас успели эвакуировать по Ладоге в село Верхнефилатово Тобольского района Омской области. Там мы с сестрой жили в Детском доме до окончания войны.
Хотя мне в то время было не так много лет, я на всю жизнь запомнила перенесённые ужасы и потери страшного блокадного времени.
– Как Вы оказались в Ханты-Мансийском округе? Каким было ваше первое впечатление от Югры?
– До приезда в Ханты-Мансийский автономный округ я жила с мужем Виталием Логиновичем Калистратовым в Казахстане. А познакомилась я с ним в Эстонии, куда мы с сестрой Лидой в 1950-ом году переехали жить и работать.
Мой муж тоже был блокадником, детдомовским. Хорошую жизнь мы прожили с ним, по всей стране поездили, воспитали четверо детей. В 1995 году мой зять переехал с дочерью Галиной в город Ханты-Мансийск. Вот, и мы с мужем решили вернуться туда, где я когда-то войну пережила – на Север. Здесь и двое детей с внуками живут теперь. И муж мой похоронен.
* * *
У Тамары Николаевны Калистратовой (Селиверстовой) большая дружная семья. Она воспитала четверых детей, у неё тринадцать внуков, одиннадцать правнуков. Она является членом городского добровольного общества «Жители блокадного Ленинграда». По её инициативе и других членов городского общества при поддержке Правительства Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в парке Победы города Ханты-Мансийска был создан и установлен Памятник жителям блокадного Ленинграда.
(Записано со слов Т.Н. Калистратовой
17.02.2023 г., г. Ханты-Мансийск).
* * *Дочь Тамары Николаевны – Галина Витальевна Харитошина является победителем Цифрового литературно-художественного конкурса чтецов, который проводился АНО «ЦТЭД» в 2020 году в рамках проекта «Наша Победа – наша гордость» в честь 75-летия Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов.
Т.В. Харитошина написала воспоминания о своём отце – блокаднике – рассказ «Как он выжил». Отец Калистратов Виталий Логинович (1927 г.р.) жил в Ораниенбауме, который находился в двойном кольце блокады. Город почти три года был главным оборонительным плацдармом на подступах к Ленинграду и Кронштадту. В январе 1942 года в Ораниенбауме была проложена «малая дорога жизни», где люди умирали от голода, выживали как могли, ведь на иждивенцев в сутки давали всего 100 грамм хлеба, тогда как в Ленинграде в этот же период суточная норма была 125 грамм хлеба. Во время блокады Виталий потерял всех своих близких.
В 2023 году Галина Витальевна планирует вместе со своими детьми и внуками принять участие в Цифровом литературно-художественном конкурсе чтецов «Никто не забыт, ничто не забыто» в рамках проекта «Грани Ленинградской блокады».
Интервью вошло в Цифровой и Печатный сборник «Грани Ленинградской блокады» АНО «ЦТЭД». Цифровой сборник размещен на сайте https://cted.ru/