Представители АНО «ЦТЭД» поздравили с 90-летним Юбилеем блокадника Петра Федоровича Финка.

В Ханты-Мансийском автономном округе – Югре Петр Федорович Финк известен своей активной гражданской позицией. Он стоял у истоков создания в 1992 году общественного объединения «Жители блокадного Ленинграда» (ныне - Ханты-Мансийское городское добровольное общество «Жители блокадного Ленинграда») и является его членом более 34 лет.

Представители АНО «ЦТЭД» навестили Петра Федоровича и вручили ему цветы и памятные подарки.

Исполнительный директор АНО «ЦТЭД» Наталья Маслова в своем поздравлении сердечно поблагодарила Петра Федоровича за плодотворное сотрудничество и активное участие в проектах, направленных на сохранение исторической памяти и на патриотическое воспитание молодежи: «Мы рады, что Вы более 7 лет участвуете в наших проектах, таких как: «Наша Победа – наша гордость», «Грани Ленинградской блокады», «Эхо Ленинградской блокады. Память Югры», «Победа помнит героев». Мы ценим Ваш вклад в организацию деятельности городского добровольного общества «Жители блокадного Ленинграда» и надеемся на дальнейшее успешное взаимодействие и совместную работу по новымпроектам, посвященным Великой Отечественной войне и блокаде Ленинграда. Сердечно поздравляем Вас с замечательным Юбилеем и желаем Вам здоровья, энергии, бодрости, оптимизма и дальнейших успехов в общественной деятельности!»

Важно отметить, что Петр Федорович постоянно принимает участие в мероприятиях АНО «ЦТЭД»: памятных акциях, встречах с молодежью, уроках «памяти», научно-практических Интернет-конференциях «Блокада и оборона Ленинграда в художественной литературе, в письмах, документах, дневниках», международных онлайн-встречах блокадников и их потомков, посвященныхблокаде и обороне Ленинграда.

Напомним, что в рамках проекта «Грани Ленинградской блокады» представители АНО «ЦТЭД» взяли интервью у Петра Федоровича Финка. Полное интервью опубликовано в электронном (https://cted.ru/publication ) и печатном виде в сборнике «Грани Ленинградской блокады», созданном АНО «ЦТЭД».

Представляем сокращенный вариант интервью.

– Я родился в Озерках в 1936 году – это Парголовский район Ленинградской области. Этот район находился недалеко от центра Ленинграда. Мои предки были выходцами из Германии. Они вошли в число тех специалистов-строителей, которых император Петр I пригласил строить свою новую столицу – Санкт-Петербург.

Мы жили в большом доме. Отец Фёдор Севастьянович до войны работал снабженцем, он возил продукцию на лошади со складов по другим магазинам. Моя мама Юлия Адамовна, до рождения брата, работала в лаборатории, точно не помню на каком предприятии. Мой брат Евгений родился в 1940 году. Потом мама занималась домашним хозяйством и нами. До войны у нас было счастливое детство. Мама и папа часто проводили время и занимались с нами, возили в зоопарк и на озёра так называемого «Шуваловского парка», куда местные жители отправлялись отдыхать по выходным. У нас вообще была дружная семья.

– Когда началась блокада мне было пять лет, яходил в детский сад, С приходом блокады наше детство закончилось, и начался ужас блокады.

Жить в городе было очень трудно, холодно, есть нечего. Я постоянно просил мать дать мне что-нибудь поесть.

Отец, до ухода на фронт, продолжал работать снабженцем и развозить продукцию на лошади. Лошадь подкармливали дурандой. Помню, мы тоже ели дуранду – это спрессованные из соломы, жмыха и других трав брикеты – корм для лошадей. Было очень голодно. Из-за голода мой брат Евгений начал ходить только в 4 года.

Отца забрали на фронт в составе дивизии Народного ополчения для защиты Ленинграда. После этого мы его и потеряли – от него и не было никакой весточки. Мы думали, что он погиб. Но после войны он вернулся живым.

– Помню, во дворе у нас стояли зенитные yстановки, а рядом с домом – большой прожектор, который своими мощными лучами рассекал тёмное небо Ленинграда. В доме у нас жили солдаты, обслуживающие зенитные установки и прожектор. Солдаты часто брали меня с собой на «службу». Я им помогал: они отстреляют гильзы и говорят: «Давай, собирай, парень», и я их складывал. Хорошо помню, как они иногда давали мне маленький кусочек хлеба, а однажды дали конфетку.

– Самое тяжёлое во время блокады, что удалось пережить, это был страшный голод и смерть близких. Помню, что ленинградцы тысячами умирали от голода и болезней, погибали от взрывов бомб и снарядов. Очень часто, особенно в тёмное время суток объявлялась воздушная тревога. Тревога оповещалась по радио и сиреной. По команде «тревога» в городе выключался свет, жители Ленинграда бежали в бомбоубежище. Помню, что в убежище было очень темно, люди сидели на земле. У входа в убежище, следя за воздушной обстановкой, стояли мужчины. Мне удавалось протиснуться к входу и посмотреть, что же там происходит. А происходило следующее: тёмное ленинградское небо вдоль и попёрекисполocoванo мощными лyчами прожекторов. Где-то нeдалеко разрывались бомбы, стоял грохот выстрелов зенитных установок. Помню, как рядом на здания падали зажигательные бомбы. Чтобы не дать загореться дому, горожане сбрасывали эти бомбы во двор, где их засыпали песком.

– В 1942-ом году меня вместе с мамой и маленьким братишкой стали вывозить из Ленинграда по Ладожскому льду. Немецкие самолёты летали прямо над нами и бомбили. Тысячи людей погибли на этой переправе. Чтобы мы не видели, как гибнут люди, мама накрыла нас брезентом. Я слышал только крики и плач людей. Те, кому посчастливилось живыми добраться до противоположного берега Ладожского озера, горько плакали…

Затем нас повезли по железной дороге до Омской области. В Омске мы немного пожили до открытия навигации. И как только суда и баржи пошли по реке, нас пароходом отправили в Самарово.

Весь путь для нас был непростой. Братишка, он вообще тогда ещё из-за голода не мог ходить, всё лежал на маминых руках. А я во время поездки всё бегал то за горячей водой, кипятком, то ещё за чем-то. Наконец, в 1943 году привезли нас в Самарово и разместили в бараке недалеко от школы фабрично-заводского обучения. Мама устроилась на работу на Рыбоконсервный комбинат. Я пошёл учиться в Среднюю школу №2. Жили как все – очень тяжело. Но жители села Самарово помогали нам выжить в трудных условиях. Здесь мы стали привыкать к жизни без бомбёжек и артобстрелов.

А после войны вернулся отец, он разыскал нас. Нам сообщили, что наш отец приезжает на пароходе, мы побежали на речной вокзал, чтобы встретить его. Мы не думали, что он остался в живых. Встреча была очень трогательной и радостной.

Отец устроился тоже на Рыбоконсервный комбинат. Помню родителям давали обед на комбинате. Но они эти обеды отдавали нам, детям.

Так и остались жить в Ханты-Мансийске, работать, строить дома, создавать семьи.

– После окончания школы № 2, по примеру родителей, я пошёл работать на Рыбоконсервный комбинат. Затем меня взяли помощником моториста электростанции. Я там зиму проработал, а весной меня в армию призвали. Из Ханты-Мансийска увезли знаете куда? На Чукотку! Там я выполнил норму мастера спорта по лыжам, а по футболу мастера спорта получил в Узбекистане. Это потом нас перебросили туда для укрепления южных границ, с Чукотки перебросили на юг. Закончилслужбу в армии, приехал опять сюда, в Ханты-Мансийск, устроился работать в геофизическую экспедицию.

Начальником экспедиции тогда был Сутормин Евгений Васильевич. Поговорили с ним. Он мне и сказал: «Давай, нам нужно организовать физкультурное движение в экспедиции, ты у нас будешь главным». Тут же горком комсомола избрал меня освобождённым секретарём комсомольской организации. Потом Сутормин вызывает меня, говорит: «Давай мы тебе специальность дадим». Ну и направил меня на курсы. Я курсы закончил, поступил в институт заочно. И с 1961 года меня уже направили «в поле». В поле я проработал 34 года – с 1961 по 1995 год. Потом меня назначили начальником производственного отдела предприятия «Хантымансийскгеофизика». Я там проработал до 2007 года. У нас было где-то 17 сейсмопартий здесь. Самая крупная организация геофизических работ по всему Союзу была в Ханты-Мансийске. Так, геофизике я всю свою трудовую жизнь посвятил.



Пётр Фёдорович проработал более 46 лет в Ханты-Мансийском геофизическом тресте (ныне – ОАО «Хантымансийскгеофизика»). За свой долгий, добросовестный труд, он стал «Ветераном труда» (1984), был награждён орденом «Знак Почёта» (1986), медалями «За доблестный труд» (1970), «За заслуги в разведке недр» (1983), «За освоение недр и развитие нефтегазового комплекса Западной Сибири» (1986), юбилейными медалями в честь Победы в Великой Отечественной Войне (2005, 2010), медалью «В честь снятия блокады Ленинграда» (2004, 2009); знаками: «Отличник разведки недр» (1980), «Ударник одиннадцатой пятилетки» (1984), «Ударник коммунистического труда» (1968, 1972, 1984), «Заслуженный геолог» (2007).

Отмечен дипломом «Почётный разведчик недр» (1999) и Почётными грамотами Министерства геологии СССР, Тюменского обкома, горкома КПСС, Главтюменьгеологии, Хантымансийскгеофизики.

Имя Петра Фёдоровича Финка занесено в Книгу Почёта «Хантымансийскгеофизики», а также на Доску Почёта ВДНХ (1978), на Доску Почёта Главтюменьгеологии.

Петр Фёдорович счастливо женат, с супругой Любовью Васильевной они живут с 1977 года. Воспитали сына Александра и дочь Нину, у них трое внуков.